Комментарий Постоянного представителя Российской Федерации при международных организациях в Вене М.И.Ульянова МИЦ «Известия» для статьи о перспективах Договора о СНВ (27 января 2026 г.).
До истечения срока СHВ-3 осталось меньше месяца. Идет ли сейчас диалог по разоружению между российской и американской сторонами,в частности, на экспертном уровне. Ранее Франция заявила, что готова рассмотреть участие в переговорах по ядерному разоружению, но при условии, что Россия и США уменьшат свои арсеналы. Выражает ли Великобритания аналогичную готовность? Обсуждается ли в Вене взаимное участие европейских стран в переговорах по ядерному разоружению, предварительное условие таких переговоров или возможный формат?
Давайте по порядку. На самом деле до истечения действия ДСНВ осталось уже меньше двух недель. Никакого диалога по разоружению на сегодняшний день между Россией и США нет. Хотя, напомню, Россия предлагала продлить, по меньшей мере на год, ключевые количественные параметры Договора о стратегических наступательных вооружениях. Ответа нет. Участие европейских стран в переговорах по ядерному разоружению ни в Вене, ни где-либо еще не обсуждается.
Упомянутое Вами заявление Франции о готовности рассмотреть участие в переговорах при условии, что Россия и США уменьшат свои арсеналы, на самом деле является завуалированной формой категорического отказа. Напомню, что на протяжении предыдущих лет и десятилетий ядерное разоружение осуществлялось исключительно в двустороннем формате между Москвой и Вашингтоном. Это было понятно, поскольку ядерные потенциалы Москвы и Вашингтона многократно превышали арсеналы других ядерных держав. Сейчас ситуация изменилась.
По ДСНВ у России и США должно быть не более 1550 ядерных боезарядов. В то же время у Франции их около 300, а у Великобритании более 200. С точки зрения российской безопасности уже образуется существенный дисбаланс.
Совокупный потенциал США, Великобритании и Франции, являющихся военными союзниками по блоку НАТО, превышает 2000 боезарядов, тогда как у России их теперь почти в полтора раза меньше. Поэтому мы ставим вопрос о том, чтобы Париж и Лондон включались в переговоры по ядерному разоружению, причем не в неопределенном будущем, а как только дело пойдет к выработке новой договоренности.
