"Мне кажется, религия отнюдь не есть признак национальности. Немцы католики и лютеране - одинаково страстные патриоты, причем католичество не связывает французов и баварцев в одну нацию, как лютеранство - немцев и шведов. Не может быть признаком народности и определенный политический строй, иначе пришлось бы выбросить из русской истории всю ее первую половину, пришлось бы счесть, что с 1789 года уже нет французов. Из внешних признаков народности лишь один серьезен - это язык, хотя испанцы и португальцы, говорящие на одинаковых языках, не считают себя одною нацией.
То же датчане и норвежцы, англичане и американцы и т.п. Что же такое нация? В чем выражается национальность, если не в религии, не в политическом устройстве и даже не в языке? "Нация" есть не физическое существо, а политическое.
Нация есть одухотворенный народ, сознающий себя среди других народов независимым и державным. Нация - это когда люди чувствуют себя обладателями страны, ее хозяевами. Но сознавать себя хозяевами могут только граждане, люди обеспеченные в свободе мнения и в праве некоторого закономерного участия в делах страны.
Если нет этих основных условий гражданственности, нет и национальности, или она зачаточна. Нация есть душа народа: общий разум и общая любовь. Но возможен ли общий разум, если он обречен молчанию?
Возможна ли общая любовь без творческого участия в том, что любишь? Итак, нация есть союз гражданский прежде всего. "Все остальное приложится", если найдена вот эта "правда" - гражданская справедливость. Какая бы группа ни соединилась для защиты и бережения основных прав человека, она становится нацией. "
Михаил Осипович Меньшиков, 1904 год,
