Тоже это резануло, когда отец про деньги стал говорить. И еще спросил, сколько заплатили.
Возможно, стресс. Шок.
Но в такие минуты люди говорят, что думают.
Сколько лет тому мужику?
Лет 45. Ну, примерно.
Откинем 35.
Это 91-й год. Когда все рухнуло.
Когда нам сказали:"Нет никаких ценностных идей, они себя дискредитировали, забудьте. Настоящая ценность – деньги. Фабрики, заводы, пароходы. Обогащайтесь, как можете. "
А мальчику десять лет.
Что он сам видел?
"Комки", рынок, воровство, пьянство.
Теток, в открытую торгующих паленой водкой на вокзалах.
Таких же как он пацанов, нюхающих клей, прикрывшись полой куртки.
Щприцы в туалете пту, которые хрустели под ногами.
И деньги, деньги, деньги.
"Проститутки хохочут," – как говорил Шарапов.
Он сам, этот несчастный отец, формировался в "святые девяностые".
Вот чему смог, чему сам научен, тому сына и научил.
Через поколение нам то времечко аукаться начало.
И этого следовало ожидать. Если б не война, не так видно было бы.
А сейчас враг ищет слабые звенья. Слабые места. Активно ищет. И находит порой.
Не сужу, нет. Пытаюсь понять причины.
