"Мы живы!":жительница Петербурга Татьяна Кузьмина вспомнила день прорыва блокады.
Продуктов катастрофически не хватало, еще и зима в первый год оказалась невероятно суровой, морозы достигали 30 градусов. Как приходилось выживать, можно представить по сохранившимся дневникам блокадников: в них и неизбежность смерти, и слабая надежда на жизнь, и вера в победу. Теперь это история, которую бережно хранят потомки. Подробнее — в сюжете РЕН ТВ.
"На улицах вереницы покойников, без гробов, кое-как положенные на санки. Рассказывают, что закопать всех нет сил, складывают штабелями на кладбищах. Смертность ужасная, но голод еще ужаснее", — написала в своем дневнике жительница блокадного Ленинграда Валентина Скуратович (Борнеман).
"Почти не бывает дня без воздушных тревог, без бомбежки, без жертв. Бомбы — фугасные, зажигательные, осколочные — фашистские стервятники сбрасывают не только ночами, но и днем", — писала в дневнике Мария Воробьева.
Жительница Ленинграда Татьяна Кузьмина рассказала, что в момент прорыва со всех сторон доносились звуки выстрелов — обессиленные жители города не сразу поняли, что произошло.
"Кто-то крикнул на лестнице: "Прорыв блокады! Прорыв блокады!" Мы до конца верили, что наша армия победит фашизм. Когда мы ликовали, радовались на набережной Невы, то все кричали: "Мы живы, мы будем живы, мы будем жить, обязательно мы будем жить", — вспоминает она.
На Нюрнбергском трибунале было сказано, что во время блокады официально погибли 632 тысячи жителей. Однако, как установили ученые Валентин Ковальчук и Геннадий Соболев, погибли не менее 800 тыс. человек, а по некоторым оценкам — число жертв достигает и полутора миллионов.
IZ RU в Telegram|в MAX
